Юлия Славянская: Творчество - послушание от Бога

Путь человека к Богу, всегда сложный и непредсказуемый, благодатная сила молитвы, вера в непреходящую любовь творца к людям — об этом песни православной певицы Юлии Славянской. Сегодня Юлия в гостях у «Славянки»

Расскажите, как началась Ваша дорога к храму?
Родилась я в Перми, а выросла в Сергиевом Посаде — в замечательном и благодатном городе с древней историей. И очень рада, что Господь сподобил меня жить недалеко от Троице-Сергиевой Лавры. Но на церковные службы в храм я стала ходить, уже будучи подростком. Крестить в младенчестве нас с сестрой не стали. Это произошло позже, в Никольском храме, что в поселке Солнцево под Курском, на родине моего отца. Крестить нас решила бабушка Зинаида. Мне тогда было девять лет. По-настоящему же воцерковляться я стала, когда вышла замуж и уехала в Самару, где познакомилась с бабушкой мужа Пелагеей Филипповной.

Что изменилось в Вашей жизни после того, как Вы стали воцерковляться?
Это можно сравнить, может быть, с тем, как человек жил, не подозревая о каких-то своих серьезных заболеваниях, а потом вдруг узнал о них, и страх за собственную жизнь изменил и все его привычки, и жизненные ценности. Когда человек обретает религиозное чувство, начинает посещать храм, у него открывается духовное зрение, он иначе видит причины происходящего, в том числе и того, что происходит с ним самим. И страх возникает не за жизнь телесную, а за жизнь души. Он начинает все глубже и тоньше чувствовать ее, появляется совершенно новый вид деятельности — спасение души. Это можно сравнить с состоянием матери, у которой родился ребенок. Ее собственное «я» отходит на второй план. Наша душа и есть дитя, которое мы обязаны сохранить для жизни вечной. Иначе все происходит в современной светской жизни, где каждый живет ради себя любимого и единственного. Эгоцентризм — основа того мировоззрения, которое насаждается сейчас в России. Гордыня же, как говорят люди церковные, становится причиной наших бед. По гордыне своей люди не ходят в храм. По гордыне не терпят других людей и чужих мнений. По гордыне, не желая жертвовать ни собой, ни своим временем, ни комфортом ради близких, родных, детей, не могут сохранить семью, родить детей.
Особенно важно воцерковление творческих людей. Творчество — это как послушание от Бога — оно должно славить Творца как самую совершенную Красоту и Любовь. Не случайно все великое в человеческой культуре всегда имеет и глубочайший религиозный смысл.

Юлия, расскажите, как складывался Ваш творческий путь?

Окончив музыкальное училище имени С.С. Прокофьева в городе Пушкино Московской области, я получила специальность «дирижер хора». В эти годы я всерьез увлеклась исполнением авторской песни, также пела в фольклорном ансамбле «Московия» и камерном хоре «Светоч». В 1996 году получила звание лауреата Всероссийского конкурса авторской песни. Следующим этапом в жизни стала работа в детском музыкальном издательстве «Три Белых Кошки», где озвучила несколько ролей. Потом я записала сольный альбом в народно-эстрадном жанре под псевдонимом Ульяна. Затем был эстрадный факультет ГИТИСа. Окончив его, я начала петь в жанре православной духовной песни.

Нет ли сегодня сомнений по поводу избранного Вами пути?

Сомнений никаких нет. Вспоминаю, как в двадцать лет мне предложили очень жесткий контракт по моей «раскрутке» в сфере шоу- бизнеса. Если бы я его подписала, то в течение пяти лет не смогла бы создать семью — выйти замуж и родить детей. В это самое время я как раз встретила своего будущего мужа Владимира — и не поставила свою подпись в договоре. Теперь у меня двое замечательных деток. Дочери Анечке — семь лет, сыну Паше — два годика. Я полностью нашла себя в исполнении духовных песен. В 2002 году записала свой первый альбом «Пробудись, душа!» Это был сложный период в моей жизни — выйдя замуж, я переехала из Сергиева Посада в Самару и оказалась вдалеке от близких. Очень тяжело переживая это, серьезно заболела. И в этих испытаниях мне помогли вера, молитвы и поддержка бабушки моего мужа Пелагеи Филипповны, которой уже нет с нами. Кстати, рождению многих песен из этого альбома я обязана именно ей. Однажды она принесла мне переписанные от руки тексты и попросила напеть. Но я не знала, как петь эти канты и придумала свою музыку. А в 2007 году в свет вышел второй диск «Благовест», а в этом году появился еще один альбом «Плачут Богородицы образа...» на стихи современных авторов. Все три альбома получили благословение архиепископа Самарского и Сызранского Сергия.

Юлия, у Вас редкая и необычная фамилия — каковы ее корни?

Славянская — мой творческий псевдоним. Дело в том, что подсознательно каждый человек связан со своим родом, нас тянет к своим национальным истокам. Познать свой народ, разобраться, кто мы на самом деле — дано нам через родной язык. Мы ведь не только русские, мы еще и славяне. Ученые говорят, что понятие «славяне» означало для наших предков — «свои, разумно говорящие, понятные друг другу, в отличие от чужих». Глагол «слыть», существительное «слово» — вот корни имени «славянин». Славяне — народ, оценивший сокровище слова настолько, что сделал его своим именем. Первых славян называли руссами. Это были высокие люди со светлой кожей, светлыми — русыми волосами, синеглазые; в буквальном смысле слова — белый, светлый народ. И сами руссы называли свою страну — Русь — буквально «белый свет, единственно возможное для жизни место, Родина». Поэтому, когда возник вопрос о выборе псевдонима для моего православного творчества, я решила выбрать псевдоним — «Славянская». Мне кажется, что он полностью соответствует и моему внутреннему духовному настрою, и моей внешности.

Какая песня Вам особенно дорога?

Так и не выберешь... С одной стороны, поешь духовные песни и чувствуешь, что приближаешься к Богу, с другой — понимаешь, насколько ты несовершенна. На концертах я часто исполняю песню «Весеннее утро». Это была любимая песня Пелагеи Филипповны. Мой духовник протоиерей Сергий Гусельников написал стихи, и когда бабушка Пелагея прочла их, сказала, что они словно для нее написаны: «Я столько лет не ходила в храм, была неверующим человеком». Каждый раз, когда она слушала эту песню — плакала. Когда она тяжело заболела, сказала мне: «Юля, мне так хочется, чтобы ты исполняла эту песню. Спой мне ее, пожалуйста». Я спела и подумала: поеду в студию и запишу эту песню — сделаю бабе Поле сюрприз. Студия была занята, но я упросила знакомых музыкантов: «Ребята, у меня бабушка болеет. Дайте мне быстренько записаться». Я записала песню — и привезла бабушке. И эта песня скрасила последние дни ее жизни.

Юлия, Ваше творчество носит традиционный характер. Какую роль, на Ваш взгляд, играет традиция в культуре народа?

Я бы сказала, традиция жизненно значима. Сейчас, куда ни посмотри и в жизни, и в культуре — постмодерн и модернизация — полное смешение всего и вся, низведение нравственных норм до уровня нуля и ниже. А ведь традиция — это сохранение и передача потомкам всего лучшего, что было создано народом, национальной наукой и культурой. Так и в нашей песенной и музыкальной культуре. В последние пятнадцать лет мы наблюдаем, как трансформируется наша песенная традиция. Мелодию заменяет ритм. Сложное и духовное — сменяется примитивным и страстным. Афроамериканские ритмы перекочевали в нашу песенную культуру, в души нашей молодежи. Молодые люди, выросшие на такой музыке, теряют способность к восприятию мелодии, а, значит, и той высокой духовной культуры, на которой построено, например, наше православное богослужение. А ведь наш народ — это один из самых певческих, музыкальных народов мира, известный своей душевной мелодикой, духовной культурой. И обязанность наша — сохранить наше великое музыкально-песенное наследие, которое, кстати, формирует и укрепляет наше национально-православное мировоззрение.

В своих интервью Вы тепло говорите о Вашей семье. В чем для Вас заключается секрет семейного счастья?

Самое главное — это доверительные отношения в семье, чтобы был мир и покой. Эти отношения видят дети, на них они и равняются в дальнейшей жизни. Муж — моя опора во всем, всегда помогает советом — и в семье, и в творчестве. Когда я вышла замуж и переехала из Сергиева Посада в Самару, семья мужа стала моей семьей, и она меня очень поддерживает. Свою свекровь Галину Николаевну я называю «мамочка». Она сшила мне замечательный концертный костюм своими руками, в котором я выступала в Абхазии. Работала над ним целых три месяца.

Юлия, скажите, как Вы воспитываете в Православии Ваших детей?

Чтобы у моих детей не было подмены понятий, и они росли в лоне Церкви, я стараюсь водить Аню с Пашей в храм, хотя бы один раз в неделю. Они готовятся ко Причастию. По вечерам я читаю им истории из Библии для детей. Учу дочку и сына песням, которые пропитаны любовью к Богу, к Родине к людям.

Расскажите, пожалуйста, о Ваших родителях.

Мой отец, Николай Васильевич Борисов, окончил МФТИ, потом пошел по военной линии. Сейчас он подполковник запаса. В детстве он мог отчитать нас с сестрой одним единственным словом, но это слово было весомое, и всегда справедливое. Бывало, так отчитает нас , мы плачем, а он сам тоже переживает, потому что мы же девчонки, и с нами «по-военному» нельзя. И после папа всегда приходил и утешал нас. Строгость и любовь — те качества, которые непременно должны быть в мужчине. Отцовской строгости нам с сестрой хватало. Но и любви в нашей семье всегда было много. Моя мама Татьяна Викторовна — очень добрый и щедрый человек. Она действительно способна отдать последнее. Вспоминается случай — папе подарили компьютер. Спустя какое-то время он приходит домой, а компьютера нет. На вопрос, куда он исчез, мама отвечает: «Ну, ты же им не пользуешься. А сыну нашей соседки он нужнее».

Как Вы считаете, в чем заключаются истинные красота женщины и достоинство мужчины?

Не так давно я прочла описание облика Богородицы. Она была проста в общении, немногословна и смиренна. Смиренность — это мой духовный идеал. И я понимаю, что к нему надо стремиться. Красота же — это состояние души. Красота женщины измеряется ее добротой к окружающим людям и к семье.

Мужчины, на мой взгляд, должны быть прежде всего мужественными и сильными духом. Защищать и оберегать семью, помогать ближним. Жить по тем моральным принципам, по которым раньше воспитывали русских офицеров.

По замыслу Творца, женщина — помощница мужу, хранительница семейного очага. В чем, на Ваш взгляд, может проявляться женский патриотизм?

Меня так воспитали родители, что я люблю свою Родину, несмотря на все те трудности, которые она переживает. Я бы никогда не смогла переехать жить за границу, даже несмотря на то, что там возможно более легкая и комфортная жизнь. Не зря мы родились в России — значит, мы здесь нужны.

Мой дедушка сражался за Родину в Великую Отечественную войну. Дядя два года воевал в Афганистане. Отец ликвидировал последствия аварии в Чернобыле. Все мужчины нашей семьи защищали Отечество.

Я очень люблю и военно-патриотические песни советского времени. Сын услышал в моем исполнении «День победы» и «Десятый батальон». Даже не помню, когда и где я ему их спела. Теперь для него это самые любимые песни. А ему всего два годика. Он часто просит меня: «Мама, спой колыбельную „Десятый батальон“». И когда я пою, у меня самой пробегают мурашки по коже. Патриотизм и женский, и мужской — он наследственный и присущ всем нам. Он в корнях у русских людей.

Юлия, недавно Вы вернулись из Абхазии, где выступали в Сухуми и в Новом Афоне. Вас привела туда Ваша же песня.

Да, мою поездку предваряет история написания песни «Новый Афон». Получилось так, что в 2007 году мой отец по работе отправился в Новый Афон. Он занимался развитием духовно-культурных связей Сергиева Посада с другими городами. Сергиев Посад считается духовной столицей России, Новый Афон — Абхазии. И вот две духовные столицы стали городами-побратимами. Папа рассказал мне, что в Абхазии видел много памятников погибшим. Это были могилы воинов, защитивших свою Родину в освободительной войне 1992-1993 годов. Абхазы — малочисленный народ. Но он сохранил себя и добился признания независимости Россией и некоторыми другими странами. Боль той войны до сих пор живет в сердцах людей. В день пятнадцатилетия победы абхазского народа мой отец написал стихи — и прочел мне. Они глубоко тронули меня, и я написала на них на музыку. Так и родилась песня «Новый Афон», которую полюбили и абхазские, и русские слушатели.

Какое самое яркое из Ваших впечатлений от поездки?

В Абхазию я поехала впервые, по приглашению главы города Новый Афон Феликса Тарасовича Даутия. Абхазия покорила меня своей красотой, люди — своей открытостью и почитанием памяти павших воинов. Концерт проходил в день 17-ой годовщины победы абхазского народа в освободительной войне 1992-1993 годов. В этот памятный день в Новом Афоне у музея боевой славы на центральной площади собираются родные погибших новоафонцев. Дети зачитывают их имена, всех до единого. Потом следует возложение венков к могилам у подножия Новоафонского монастыря. Раньше там никого не хоронили, но после войны появилось около двадцати могил добровольцев, по зову сердца пришедших на помощь абхазскому народу. Среди них лежит и наш земляк — Сергей Фролов из Москвы, ему было всего 20 лет.

А после этого на центральном стадионе города прошел концерт, в котором участвовал Государственный заслуженный народный ансамбль песни и танца Абхазии под руководством народного артиста Абхазии Василия Михайловича Царгуша. Танцы перемежались с народными песнями. Национальные костюмы, великолепное мастерство исполнителей — и все это на фоне гор — незабываемое по красоте зрелище.

Начала я с песни «Новый Афон». Потом спела «Ничто не канет в смертный час», «Якоже по суху» и «Слава Богу за все!» Когда заканчивалось выступление, передо мной встал выбор: исполнить еще раз песню «Слава Богу за все!» или «Новый Афон», потому что ее с большой теплотой встретила публика. И тогда я спросила у зрителей: «Чтобы вы хотели услышать?» Стадион отвечал мне в унисон: «Слава Богу за все!» Как только окончила пение, услышала голоса со стадиона: «Новый Афон»! Среди зрителей было много детей, и я предложила: «Детки, выходите на сцену, споем вместе». Было очень трогательно смотреть на абхазских детишек: я отдала им микрофон, а они, размахивая национальными флагами, старались петь как можно громче песню об их родном городе. Это было такое искреннее единение со слушателями, душа моя пела. Такой счастливой я давно себя не чувствовала! Меня поразило то, что абхазы знают слова песни наизусть. Местные жители рассказали, что когда звучит «Новый Афон» — они плачут. Песня зак