Вослед Богородице

Мир православного паломничества – удивительная вселенная, в которой, словно маяки, духовные ориентиры для странников-пешеходцев, теплятся лампады всемирных святынь: Иерусалим, Вифлеем, гора Фавор, Синайская гора, Святая Гора Афон…А еще – италийский Бар-град, малороссийский Киев, обители Северной Фиваиды и многие другие благодатные места, соединенные невидимыми нитями молитвенных путешествий. Посещение каждого из этих мест имело свои особенности – в Святую Землю, например, стремились попасть на Пасху, чтобы пройти вместе со Христом путь от Гефсимании до Воскресения; на Афон приходили трудники, многие из которых хранили надежду остаться иноками в Уделе Богородицы. Паломничество, или, как его еще называли, поклонничество, можно смело назвать фактором становления восточно-христианской цивилизации, одним из оснований ее единства. К сожалению, эта богатейшая традиция на многие десятилетия оказалась в нашей стране «под спудом». Сегодня она возрождается, но культурные пласты, связанные с паломничеством, все еще не вскрыты, не введены вновь в орбиту духовной жизни общества. Один из тех, кто открывает эти «залежи благодати» – как он сам называет их, – Виктор КОМИССАРОВ, основатель и директор единственного в мире Музея путешествий и паломничества по святым местам. Все предметы в этом собрании приобретены, добыты, приняты в дар самим Виктором Ивановичем. Будучи театральным режиссером по образованию, добившись успеха в кино-документалистике, 25 лет назад он полностью посвятил себя изучению темы паломничества. Мы познакомились с замечательным энтузиастом в его музее в 2008 году. Экспозиция тогда размещалась в подклети Крутицкого патриаршего подворья, под сводами, которые, возможно, являются древнейшими в Москве. Виктор Иванович всегда сам проводил экскурсии, которые превращались в увлекательное путешествие: ведь его концепция – это «живой музей», где экспонаты можно подробно рассмотреть, прикоснуться к ним и даже вдохнуть аромат масла, освященного на Афоне почти два века назад!.. Музей был открыт на Крутицах в 2002 году, в 2012-м перебрался на улицу Забелина, в помещение Императорского Православного Палестинского Общества. Но вот уже несколько месяцев уникальное собрание ищет новое пристанище. Люди, интересующиеся духовной историей Отечества, лишены возможности познакомиться с интереснейшими историческими предметами, книгами, реликвиями. Но Виктор Комиссаров не унывает – он продолжает исследовать и развивать российское паломничество, видит в нем не только молитвенный подвиг, но и фактор геополитики и даже стимул возрождения экономики страны.

 

Виктор Иванович, каковы духовные истоки православного паломничества?
Если говорить совсем просто, смысл паломничества – обретение Царствия Небесного. Странники, двигавшиеся по дорогам Руси, Афона, Святой Земли, Синая, распевали такой духовный стих: «Ах вы чоботы мои, чоботы новые, доведите меня до святых угодников, до святых угодников, их райских обителей! Ты прости, государь-батюшка, ты прости, государыня-матушка, помолитесь за мою душеньку грешную, чтобы та душа грешная Кресту потрудилася, потрудившись, в светлые обители вселилася». Богословское обоснование паломничества опирается на решения VII Вселенского собора (787 год). На этом соборе было утверждено почитание икон, а следовательно крестов и иных материальных святынь.
В одном из номеров журнала «Воскресный день» за 1914 год я нашел следующую трактовку возникновения христианского паломничества (она взята из древней житийной литературы): поклонение святым местам идет от Пресвятой Царицы Небесной. После Вознесения Христова Богородица начала посещать те места, что были связаны с земной жизнью Ее божественного Сына. С Пречистой Девой были Ее спутницы, благочестивые жены. Затем эту традицию стали поддерживать христианки из знатных родов. Паломничество в Святую Землю совершила святая равноапостольная царица Елена. Так было положено начало цепочке, протянувшейся из прошлого в настоящее.
Если мы совершаем странствие к святым местам, мы направляемся вослед Богородице, поддерживаем преемственность, восходящую к Божией Матери и Самому Господу Иисусу, Который, еще будучи отроком, вместе со Своими святыми родителями приходил на поклонение в Иерусалимский храм. Ведь в соответствии с традициями Древнего Израиля, необходимо было совершать паломничество в Иерусалим трижды в год – весной на праздник Пасхи (Песах), летом – на праздник Пятидесятницы (Шавуот) и осенью – на праздник Кущей (Суккот). И уже пророк Захария (VI век до н. э.) предрекал, что не только колена Израилевы, но и все племена земные будут совершать паломничество в Иерусалим: Затем все остальные из всех народов, приходивших против Иерусалима, будут приходить из года в год для поклонения Царю, Господу Саваофу… И будет: если какое из племен земных не пойдет в Иерусалим для поклонения Царю, Господу Саваофу, то не будет дождя у них (Зах. 14, 16-17). Давайте прислушаемся к этому пророчеству: если мы не будем ходить на поклонение святыням, Господь не даст нам земных благ.
С паломничеством неразрывно связано становление христианской Церкви, российской государственности и великой русской культуры.

Каково же значение паломничества для великой русской культуры и для судьбы обычного человека?
Я занимаюсь данной темой уже четверть века: изучаю историю, вожу людей по святым местам, собираю коллекцию исторических предметов и книг… Могу уверенно сказать, что «хожение на богомолье» (как говорили в старину) реально меняет людей. Уже после первого посещения святого места человек становится другим. Очищается, устремляется к Высшему его душа. Путешествие к святыням преобразовывает личность. Не зря известный духовный писатель, иеромонах русского афонского Пантелеимонова монастыря, один из основателей Нового Афона в Абхазии Арсений (Минин) в 70‑х годах XIX столетия, обращаясь к народу России, сказал так: «Начни жизнь новую, благодатную, возрожденную посещением святых мест».
Трагедия России в том, что была разорвана цепь, связывающая поколения. Точкой видимого разрыва стал 1917 год, но на самом деле разрушительные процессы начались гораздо раньше. Сегодня мы стоим перед необходимостью воссоздания традиций, объединяющих народ. Среди этих основ народного бытия важное место занимало паломничество. Можно сказать, что почти каждый человек в царской России хоть раз в жизни отправлялся на поклонение святыне.
Традиции православного паломничества, как это ни удивительно, не исчезли и в годы официальной безбожной политики. Хотя, конечно, их пытались искоренять, начиная с первых лет советской власти. Казалось бы – ну какое дело большевистским правителям до того, что трудящиеся в свободное от работы время совершают поездки куда-то? Ведь паломничество – дело тихое, смиренное… Однако ревнители государственного атеизма хорошо понимали: пока верующие приходят к святым местам, эти святыни продолжают жить. Известно много примеров, когда люди с разных концов страны продолжали притекать к давно закрытым, подвергшимся поруганию монастырям и храмам. Ходили группки и отдельные странники и по древним священным путям – например, по маршруту Великорецкого крестного хода к святому Николе. И, значит, в мистическом смысле эти благодатные места продолжали действовать!
В моей коллекции есть любопытный опубликованный документ: ≪О ликвидации паломничества к святым местам. Докладная записка старшего инспектора по делам РПЦ А.М. Пашкина председателю Совета Г.Г. Карпову о результатах поездки в г. Курск по вопросу выяснения возможности ликвидации паломничества из г. Курска и районов области в быв. Коренную пустынь к водному источнику». Записка датирована 7 октября 1958 года, это начало хрущевской кампании наступления на религию. Но показательно, что Курская Коренная Рождества Пресвятой Богородицы пустынь была закрыта еще в 1923 году! А добиться прекращения паломничества к ней так и не удалось… С 1989 года в обители возобновилась монашеская жизнь.
Думаю, что одной из задач развития массового туризма в СССР было как раз вытеснение традиций православного паломничества, замена его неким светским альтернативным вариантом. В поздние советские годы сотни тысяч, если не миллионы граждан совершали поездки по профсоюзным путевкам в старинные города. Разумеется, этот вариант путешествия не предусматривал глубокого соприкосновения с духовной стороной жизни Древней Руси. Церкви и монастыри осматривались просто как «исторические памятники». Во многих закрытых обителях – например, в Нило-Столобенской пустыни – действовали турбазы. В Ростове Великом на архиерейском дворе открыли «интуристовский» ресторан. И таких примеров множество. Но, тем не менее, и в туристических поездках люди, посещавшие древние святыни, могли кое о чем задуматься… Паломничество – простой и действенный путь духовного возрождения, как отдельной личности, так и народа в целом.
Если же вернуться к значению паломничества для истории русской культуры – его трудно переоценить. Сама православная государственность Руси возникла во многом благодаря паломничеству! Только тогда самого этого слова еще не было, оно появляется в XII веке и происходит от слова ≪пальма≫. С пальмовыми ветвями в Святой Земле празднуют Вход Господень в Иерусалим (у нас, из-за холодного климата, пальмы заменили вербой).
Странники привозили пальмовые ветви из Иерусалима к себе на родину, хранили их здесь как дорогие, памятные святыни. Помните стихотворение Лермонтова «Ветка Палестины»:
…Заботой тайною хранима
Перед иконой золотой,
Стоишь ты, ветвь Ерусалима,
Святыни верный часовой.
Прозрачный сумрак, луч лампады,
Кивот и крест, символ святой…
Все полно мира и отрады
Вокруг тебя и над тобой.

В древности же ходивших «во святые места» называли каликами перехожими. С течением времени смысл слова «калика» снизился – так стали звать побирающихся, нищих (отсюда и наше современное «калека»). Но изначально ведь caligae означало на латыни сапоги. Это была крепкая, удобная обувь, идеально подходившая для путешественников. Название обуви перешло на носивших ее людей. Традиция духовных путешествий зародилась у русских христиан еще до общего Крещения Руси. Причем калики перехожие были не просто странниками, но хранителями особой культуры, которую они передавали в песнях, духовных стихах, различных сказаниях.
Калики ни в коем случае не были калеками! Напротив, чаще всего это были люди физически сильные (в былинах они вообще описываются как богатыри), нередко – из знатных боярских родов. Обычно ходили они группами – путь, скажем, из Киева в Иерусалим был полон опасностей, здесь необходима была товарищеская поддержка. Одной из самых любимых, кстати, на Руси была былина «Сорок калик со каликою»: «А из пустыни было Ефимьевы,/Из монастыря из Боголюбова,/Начинали калики нарежатися/Ко святому граду Иерусалиму». В путешествии и в Святой Земле калики жили по воинскому уставу.
Странников гостеприимно встречали на самом высоком уровне. Григорович-Барский – это автор начала XVIII века, но описанные им реалии характерны и для Средневековья – рассказывает, как во время путешествия в Бар-град (город Бари в Италии) и Рим его прекрасно принимали, отводили лучшие помещения, угощали изысканными яствами. Причем обедали с русским паломником первые лица – включая Папу Римского! Разумеется, простые люди тоже были рады оказать гостеприимство богомольцам. Ведь странники для человека эпохи Средневековья были, ко всему прочему, источником информации о большом мире.
В Иерусалиме калики иногда жили два года и даже дольше. Затем возвращались на Русь, принося с собой благодать и знания о дальних землях. Можно с уверенностью сказать, что святой князь Владимир Креститель прислушивался к сказаниям калик. В известном летописном эпизоде о выборе веры он направляет своих посланцев посмотреть, как в разных странах люди Богу молятся.
Вернувшиеся из Царьграда рассказывали, что во время службы в Святой Софии не знали, на земле они были или на небесах… Поэтичность этого рассказа роднит его с произведениями калик перехожих. Да и кому доверил бы равноапостольный Владимир миссию, скажем так, неофициального ознакомления с духовной жизнью других стран? Вероятнее всего, именно каликам. Они были подобны пчелам – приносили на Русь нектар духовности, собираемый в святых местах…

Виктор Иванович, давайте сразу уточним понятие «духовность». Ведь сегодня его трактуют по-разному…
Сейчас чаще всего духовность отождествляют с культурой. На самом деле, духовность – это явление религиозное. Но – вполне конкретное и действенное. Святитель Тихон Задонский говорит, что духовность – это Божественная энергия. Значит, как и любая энергия, она способна совершать различные действия, буквально двигать горы. Мы, православные христиане, знаем, что источником духовности является благодать Святого Духа. В святых местах благодатной энергией пронизано все. Она словно висит там в воздухе! Конечно, благодать не измеряется, подобно физическим энергиям, но вполне явственно ощущается человеком. Об этом говорят святые отцы.
Благодать Святого Духа претворяется в человеческую духовность. Напоенный ею человек не просто получает поддержку в молитве, в следовании Божьим заповедям.
Он начинает лучше работать, лучше жить. Вообще, паломничество очень хорошо «прочищает мозги».
Вот, кстати, путь улучшения обстоятельств жизни каждого человека и народа в целом: приобщиться к «залежам» благодати, «зачерпнуть» ее там, где она находится в преизбытке, и «переместить» в наши города и села. И тогда люди станут другими. Паломничество как раз и является проверенным веками способом такого перемещения благодати. А действие благодати проявляется буквально во всем, во всех сферах жизни. Я много раз наблюдал, как люди, запутавшиеся в жизни, после посещения святых мест обретали почву под ногами, начинали успешно реализовывать себя. Паломничество выявляет в человеке скрытые таланты.

Вернемся к истории. Вы сказали, что почти в старину каждый русский человек был приобщен к путешествиям по святым местам…
Именно так! Паломничество, или, как часто говорили, поклонничество (от поклонения святым местам), было явлением всесословным. В XIX-начале XX века и крестьяне, и купцы, и дворяне совершали поездки к святыням. Конечно, основную массу паломников составляли люди простые, однако душеполезные путешествия совершали и великие князья, и цари с царицами. В начале XIX века в основном паломничали в пределах Отечества, на Святую Землю отправлялось примерно человек двадцать в год. Но сто лет спустя путешествия в Иерусалим и на Афон стали по-настоящему массовыми. Попечением о паломниках занималось созданное в 1882 году Императорское Православное Палестинское Общество, первым председателем которого был великий князь Сергей Александрович, а после его гибели от руки революционеров-террористов – его вдова великая княгиня Елизавета Феодоровна. К 1914 году паломничество приобрело широкий размах и превратилось в религиозно-нравственный порыв всего российского народа.
Кстати, не только русские люди ходили к святыням, но и святыни прибывали к ним. В 1860-х годах длительное путешествие по России совершил, по благословению афонских старцев, иеромонах Арсений (Минин). С собой он вез святыни со Святой Горы – частицы Животворящего Креста и Гроба Господня, часть мощей святого Пантелеимона… Позднее для афонских реликвий в Москве была построена часовня, которая многие годы была целью паломнических путешествий (она, к сожалению, не сохранилась).
В дореволюционной России издавалось немало специальной литературы по нашей теме. Паломничеству посвящены многие произведения одного из родоначальников русского духовного писательства, графа Андрея Николаевича Муравьева. С 1885-го по 1917-й годы в Санкт-Петербурге выходил журнал «Русский паломник» с приложениями. Печатались также прекрасные путеводители. Афонский иеромонах Арсений (Минин) издал в Киеве в 1872 году прекрасную книгу «Путеводитель в святый град Иерусалим, к Гробу Господню и прочим святым местам Востока и на Синай, с воспоминанием страстей Христовых и прочих знаменательных событий, совершившихся на святых местах». В моей коллекции много замечательных паломнических изданий – рассчитанных как на образованных, так и на совсем простых читателей.

В чем разница между традиционным паломничеством и активно развиваемым сегодня религиозным туризмом?
В старой Руси не было понятия «туризм». Были – путешественники, поклонники, странники, пешеходцы; туристов не было. Термин «туризм» появляется в середине-второй половине XIX века. В императорской России познавательный туризм был организован очень грамотно: учащаяся молодежь совершала поездки по старинным городам; в группах не только обменивались впечатлениями от архитектуры и природы, но и совместно молились.
Сегодня, согласно международным документам, существует двадцать различных видов туризма. Среди них есть и религиозный туризм. Меня тревожит, что этим понятием в наше время зачастую подменяется паломничество. Сегодня наши храмы и монастыри активно посещаются религиозными туристами, цель которых – не поклониться святыне, а просто поглазеть, сделать удачные фотоснимки, прикупить сувениры… Зачастую эти люди – как иностранцы, так и россияне – совершенно не отдают себе отчета в том, что между праздным светским зрителем и святыней должна оставаться определенная дистанция.
Религиозный туризм получает поддержку как государственных, так и некоторых церковных структур (при том, что среди иерархов Русской Церкви есть немало принципиальных противников развития ≪туризма по святым местам≫).
Определить же разницу между паломником и религиозным туристом очень просто – хотя для этого надо стоять на позициях веры. Потому что главное различие – не внешнее, а внутреннее. Паломник, прежде всего, это путешественник, который молится. Истинное паломничество есть молитвенное состояние. Хотя путешественник-богомолец осматривает святыни, его духовный взор все время направлен внутрь себя. Его задача –духовно измениться на святом месте. А туристы обращают внимание лишь на внешнее. Гид говорит им: посмотрите налево, посмотрите направо, но не говорит: загляните вглубь своей души…
Не случайно некоторые православные обители – в частности Святая Гора Афон – стараются как-то ограничить приток религиозных туристов на свою территорию.

Какое место во вселенной русского паломничества занимала Святая Гора?
Святая Гора – один из четырех земных уделов Пресвятой Богородицы (Афон, Киев, Иверия и Дивеево). Само место способствует отсечению соблазнов. Знаменательно, что Русь припала к этому источнику духовности сразу после Крещения. Именно на Святую Землю и Афон отправлялись первые русские паломники. И в последующие века Афон был второй по значению целью богомольцев после Иерусалима. Правда, туда, как известно, не допускались и не допускаются женщины. Паломницы могли прибыть к Афону, совершить плавание на пароходе вокруг полуострова. Корабль причаливал к монастырской пристани, и монахи выносили святыни для поклонения. На причале путешественницы могли приложиться к церковным реликвиям. Такая практика сохраняется и доныне.
На Афоне – исток русского монашества. Здесь подвизался преподобный Антоний, будущий основатель Киево-Печерской обители. Многие афонцы приходили на Русь, основывали и возглавляли монастыри. Афонские монашеские традиции прорастали в русской монашеской жизни; их насаждали здесь святые разных эпох – и преподобный Нил Сорский, и святитель Филарет. Афонская благодать подпитывала, укрепляла Русь. Со Святой Горы шло на Русь и духовное знание, церковная наука. В 1654 году бывалый паломник, ученый монах Арсений (Суханов) приобрел и вывез с Афона на Русь около полутысячи книг – огромное богатство! На Афон устремлялись многие русские мыслители. В последние недели своей жизни Николай Гоголь мечтал отправиться на Афон.
И православные государи российские понимали это значение связи России со Святой Горой. Не случайно Афон посещали представители царственного Дома Романовых, великие князья. Визит сына Николая I, великого князя Константина Николаевича, в июле 1845 года придал импульс возрождения русскому афонскому иночеству. Не без участия великого князя был основан Андреевский скит. Скитом он был только по названию, а по сути – большим монастырем, в котором к концу XIX века насчитывалось 800 монахов. Он расцвел благодаря стараниям Андрея Николаевича Муравьева – бывалого паломника, замечательного духовного писателя (афонские реалии он передал в книге «Письма с Востока»), церковного дипломата.
В Андреевском скиту подвизался Иннокентий Сибиряков. Он был богатым сибирским купцом, при этом человеком богомольным. Про него рассказывают следующее. Однажды, будучи еще молодым человеком, он шел по улице и увидел монахиню, собиравшую пожертвования. Он дал ей 600 рублей и сказал: завтра будь на этом же месте, я принесу еще денег. И принес… миллион! Монахиня с перепугу обратилась в полицейский участок. Полиция сообщила главе семейства, что их сын раздает такие огромные пожертвования. Своему возмущенному и разгневанному отцу Иннокентий заявил: земная жизнь конечна, мы все умираем, а за гробом деньги не нужны… В итоге он стал монахом на Афоне. Все свои средства он вложил в строительство Андреевского скита, в том числе – огромного Андреевского собора, вмещающего пять тысяч человек.
Вот уже тысячу лет русская монашеская жизнь на Святой Горе поддерживается благодаря паломничеству. Во времена, когда паломничество из России на Афон иссякает (как, например, в советские времена), угасать начинает и монашеская жизнь.
Сегодня стандартное разрешение на пребывание на Афоне выдается на четыре дня. Истоки этого – в древней традиции, согласно которой путник мог остановиться в обители на три ночи. Пожить, помолиться – и двигаться дальше. Если же хочешь задержаться на более долгий срок – нужно уже потрудиться во славу Божию. Многие русские паломники задерживались, становились трудниками, принимали постриг. В начале XX века на Афоне спасалось пять тысяч русских монахов, в одном только Пантелеимоновом монастыре – две тысячи. На праздник Пантелеимона целителя в обитель прибывало восемь тысяч богомольцев. Для сравнения: в этот же период монахов-греков на Святой Горе было всего десять тысяч. Не удивительно, что панэллинские националисты стремились ограничить русское влияние на Афоне.

Какие предметы из Вашей коллекции наглядно свидетельствуют о связях Руси со Святой Горой?
Наверное, самые драгоценные реликвии – это несколько писем преподобного Силуана Афонского, единственного русского святого, прославленного на Афоне, настоящего богатыря духа. Эти письма адресованы его родным и близким в село Шовское. Небольшое село в Липецкой области сейчас известно на всю Россию. Мощи преподобного недавно были привезены в Россию. Это, кстати, был очень важный момент: святыни объединяют, сплачивают людей.
В моей коллекции есть небольшая открытка-портрет праведного Иоанна Кронштадтского, издательства И. Н.Кнебель. Ее привез Семен Антонов – будущий святой старец Силуан – из Санкт-Петербурга, где служил в армии и получил благословение всероссийского пастыря на монашество. Духовная связь и преемственность между двумя русскими святыми новейшего времени – несомненна.
Писем преподобного Силуана известно не так и много. В их скупых строках раскрывается личность этого человека – родом простого крестьянина, не получившего образования, но истинного мудреца и великого молитвенника! Вот частично сохранившееся письмо, датированное 1914 годом. Своим домочадцам преподобный Силуан пишет: «Слышно нам, что у вас в России идет страшная война, и мы скорбим за свое Отечество». Известно, что преподобный молился о всех и, конечно – о своей страдавшей Родине… А вот еще письмо, адресованное святым старцем Силуаном сестре: «Желаю вам кончить ваш трудный подвиг безропотно, с терпением, взойти в Царствие Небесное». Он как бы говорит: «Милая сестрица, верь, что есть оно, Царствие Небесное, но его надо заслужить – потрудиться Кресту».
Еще одна реликвия – четки преподобного Силуана. Узелки отполированы перстами преподобного – известно, что в течение 46 лет он творил ежедневно по полторы тысячи Иисусовых молитв. История этих четок удивительна. Их подарили в 1936 году одному русскому эмигранту, фотографу-любителю, приехавшему на Афон, в монастырь Старый Руссик. Во время Великой Отечественной войны на жизненном пути этого эмигранта повстречался один советский военный, и он решил, что этому военному человеку четки будут нужнее. Русский эмигрант хотел, чтобы святыня прибыла в Россию. Сын того самого военного передал четки уже мне…
В моей коллекции есть и другие афонские документы, например, письмо из русского скита Трех святителей, датированное началом XX века. Игумен Варлаам обращается на Родину за помощью. Надо сказать, что пожертвования из России всегда поддерживали афонские монастыри. Еще один документ – письмо из Зимнего дворца в Благовещенский скит, игумену Парфению. Святая императрица Александра Феодоровна благодарит настоятеля за присланные на праздник две иконы Благовещения (одна предназначалась для государя, другая – для цесаревича).
Вещи с Афона довольно простые – деревянная настольная лампада, деревянная ложка. Они, вероятнее всего, происходят из мастерских при какой-либо русской обители. На Святой Горе существовали промыслы, изделия которых приобретали паломники… Но эти скромные предметы освящены благодатным дыханием Афона. Ведь Святая Гора – настоящий неисчерпаемый кладезь, из которого можно черпать благодать Святого Духа.

Беседовал Сергей Антоненко
Журнал «Наука и религия», №11, 2016 г.

 

Написать комментарий